Быў. Ёсць. Буду. - прысвячаецца Уладзiмiру Караткевiчу

После чтения хорошей книги у каждого из нас словно расширяется круг близких знакомств. Мы вбираем в свой личный опыт мысли, наблюдения, переживания ее героев. А автор книги становится как бы нашим заочным собеседником, единомышленником. И к нему хочется идти со всеми теми вопросами, которые жизнь с непримиримой настойчивостью ставит перед нами. Идти с надеждой общих поисков, как идут к учителю или другу.

Владимир Короткевич - один из таких писателей. Его повесть "Чазенія", романы "Каласы пад сярпом тваім", "Хрыстос прызямліўся ў Гародні" нашли внимательного читателя, а тот в свою очередь нашел в писателе человека, чей духовный опыт внушил ему доверие и интерес. Для Короткевича характерно пристальное внимание к нравственным поискам человека, его внутреннему миру.

И потому основной темой нашей беседы с писателем были не только его книги - написанные и ненаписанные, а современный культурный человек - каков он? И, вообще, что значит - быть в наше время культурным?

- Владимир Семенович, наши критики не устают ломать копья в спорах о современном положительном герое. Не будем брать проблему в целом, а вот какие новые черты, на ваш взгляд, приобрел сегодня этот герой в жизни, в литературе?

- Я отвечу вопросом на вопрос: разве Пьер Безухов не современен? Вглядитесь в характер, во внутренний мир его личности - обостренная честность, постоянные нравственные искания и беспокойство, большая духовная наполненность. А как он умел любить людей, жертвовать собой ради других! Говорю это к тому, что у нас еще нередко бытует в спорах понятие, будто бы современный герой весь какой-то новый, словно и не было у него предшественников. А их были целые литературные поколения. Писатель же пишет жизнь. И как человек немыслим без давних корней, так и литературный герой. Лучшие человеческие качества он воплощал еще во времена Эсхила.

Да, сегодня новая жизнь, новые люди, у современного положительного героя более широкий социальный кругозор, богаче его духовный опыт. Он, как правило, интеллектуал…

- После этих ваших слов, Владимир Семенович, я вспомнила об одном школьном сочинении, в котором десятиклассник задиристо доказывал, что, несмотря на то, что он преклоняется перед Павкой Корчагиным, все-таки считает его судьбу обделенной многими радостями. И поэтому не завидует ей. Так как не читал Павка книг Монтескье и Гельвеция, ничего не знал о картинах Сезанна и Матисса.

- Есть, есть у некоторых молодых эта струнка - блеснуть своей эрудицией. Только, что она значит, если не оплодотворена большим жизненным опытом? У Корчагина же это был опыт борьбы, целью которой он видел исполнение лучших надежд человечества. На наш сегодняшний взгляд, его духовный багаж, может быть, и односторонний…

- Хотя, согласитесь, такое допущение где-то очень формально.

- Это верно. И в то же время, что удивительного? Совсем юным это поколение вступало в революционную борьбу, которая забирала их целиком, а сколько сил требовали тюрьмы, ссылки, постоянное напряжение от всегда возможной опасности. Останемся же им благодарны за то, что, "наступив на горло собственной песне", они дали нам возможность естественно расти образованными и культурными людьми.

- Кто тогда может называться культурным человеком? Что за комплекс условий стоит за этим понятием? Как, по-вашему?

- Первое условие, наверное, все-таки ум. Но ум не только в смысле полученной вузовской информации, образованности. Я много времени провел с простыми людьми: были это рыбаки, пастухи, матросы… Мне открылось беспредельное богатство их духовной жизни. В любой нашей деревне встретишь простую труженицу, в рассуждениях о жизни которой читается завидный природный ум, а в общении и в самих движениях - врожденная интеллигентность.

- Чего порой не встретишь у многих из имеющих сегодня дипломы о высшем образовании. Диплом и культура еще не синонимы.

- Что должен дать вуз? Систему в знаниях по определенной специальности, идейный и гуманитарный кругозор. И главное - научить самостоятельно мыслить и анализировать. Вот еще одно определяющее условие: самостоятельное мышление. Быть в курсе всех новинок в литературе, живописи, музыки и т.д. - это еще не значит быть культурным человеком. Скорее, такое стремление обнаруживает поверхностность, чем глубину. И почему обязательно Сезанн, Матисс? В народных узорах не меньше глубины и техники, эстетической радости. Когда, например, я слушаю многие народные песни, то искренне сознаю, что богатству их мелодий мы можем и сегодня еще завидовать. Знать историю, искусство своего народа - это тоже культура, которую никогда не постигнет тот, кто готов кланяться любому очередному поветрию моды.

У таких людей, как правило, нет собственных, испытанных привязанностей, отвечающих их пониманию, наклонностям. Сегодня они все хором говорят, демонстрируют на своих книжных полках, что их любимый поэт - Андрей Вознесенский, завтра - Леонид Мартынов. Скопом валят в Армению и там громко восхищаются старыми замками, а у себя дома - равнодушно проходят мимо уникальных церквей, редкой деревянной резьбы XVI века.

- Но случается и так: живет человек в окружении красивых вещей, умных книг, а контакта у него с ними нет.

- Это как раз то, что должно лежать у основания духовной жизни культурного человека - само чувствование вещей и глубина внутренней переработки всего увиденного и услышанного. Опять-таки можно прочесть книгу только ради того, чтобы где-то показать эрудицию, а можно сделать ее ступенькой в своем развитии.

И есть еще один важный аспект у нашей темы разговора, который часто почему-то опускают. Культурный человек немыслим без больших душевных качеств. Он никогда сознательно не обидит другого подозрением, нечуткостью, тяжелым оскорблением. А ум злого человека опасен и безнравствен.

- Что же формирует культурного человека вообще и конкретно в наш век, когда увеличился и продолжает расти поток информации?

- Как всегда, среда, в которой он живет. Общая атмосфера общества. Книги, театр… Всего перечислить просто невозможно. Даже те вещи, что вокруг, незаметно для нас самих делают нас. Уверен, что стандартность постоянной обстановки: одинаковые дома, вещи, целые города убивают в нас многие качества из тех, что необходимы истинно культурному человеку. Происходит, в общем, какая-то нивелировка сознания. И ей надо противостоять. Сформироваться как личности в наше время труднее.

- Раньше, в известном смысле, это было легче сделать. А чем больше поток информации, тем труднее в нем ориентироваться. Вот только один пример. Сейчас в любом книжном магазине лежат десятки, а то и сотни поэтических сборников. Большинство имен, стоящих на титульных листах, читателю неизвестны. Где гарантии, что его выбор будет правильным.

- Согласен с вами. Нет таких гарантий. Есть пока тут упущения литературной критики, но самый верный иммунитет против поэтической и всякой другой халтуры и безвкусицы - своя внутренняя культура. Я помню деревню своего детства. Раньше, что ни деревня была, то свой ум. В жизни встречалось много чудаков. Стоит только перечитать Горького, чтобы лишний раз убедиться в этом. У него каждый человек думает и решает для себя все глобальные вопросы бытия, словно пришел в этот мир первым, как Адам. Каждый - личность, каждый - Вселенная…

Вот эта независимость в мнениях, восприятии понемногу уходит от нас. Я думаю, тут виноват не только обильный поток новой информации. Раньше человек ближе стоял к природе. Он больше ходил по земле пешком, больше видел и вслушивался, вглядывался в каждую травинку, в каждую лесную пичужку. А что увидишь из самолета, пролетев за один час пятьсот километров, или из окон скоростного экспресса?

Слова "культурный человек" для меня сегодня представляются контуром большой работы, которую будем делать все мы и наши потомки. Делать ради того времени, когда исчезнет это отдельное понятие, отдав свой смысл прекрасному и гордому слову - Человек.